Фото: пресс-служба
— По итогам 2025 года в России было собрано, по данным Минсельхоза, 1,66 млн т тепличных овощей. Это на 1,4% больше, чем годом ранее, а по сравнению с 2018 годом производство увеличилось на полмиллиона тонн. Как вы оцениваете значение тепличных проектов в агропромышленном комплексе (АПК)?
— Тепличные проекты за последние 10–15 лет стали одной из самых показательных историй трансформации всего российского АПК. Рост производства — это индикатор того, что в стране фактически была создана новая высокотехнологичная отрасль, причем в очень короткий исторический период.
В начале 2010-х годов Россия была в высокой степени зависима от импорта овощей. Рынок воспринимал тепличное овощеводство как локальный сегмент с ограниченными возможностями роста. Сегодня ситуация принципиально другая. По данным Минсельхоза, уровень самообеспеченности овощами — 89,6% — практически достиг показателя Доктрины продовольственной безопасности — 90%.
Современный тепличный комплекс — это уже не сельское хозяйство в классическом понимании. Это индустриальное производство на стыке агрономии, биотехнологий, инженерии, энергетики, автоматизации и информационных технологий. Тепличные проекты стали драйверами сразу нескольких процессов.
Прежде всего отрасль совершила переход от экстенсивной модели к модели высокотехнологичного производства. Сегодня конкурентоспособность определяется уже не только площадью теплиц, но и урожайностью, энергоэффективностью, цифровизацией, качеством продукта и скоростью принятия решений.
Кроме того, тепличные проекты стали одним из ключевых примеров успешной синергии государства и бизнеса. Без системных мер поддержки — льготного кредитования, компенсации части капитальных затрат (CAPEX), инфраструктурных решений — рывок был бы невозможен. Но одновременно именно бизнес взял на себя инвестиционные риски, внедрение технологий и формирование новых стандартов качества продукции. В 2026 году, по данным инвестиционного портала prcs.ru, 32 структуры реализовали в стране тепличные проекты на общую сумму 424,5 млрд руб.
В итоге отрасль стала играть серьезную роль в обеспечении продовольственной безопасности страны. Сегодня Россия практически закрыла вопрос круглогодичного обеспечения населения базовыми овощами. И это особенно важно в условиях нестабильных внешних рынков и логистических ограничений.
— В целом овощей в России в 2025 году было собрано 7,6 млн т, сообщали в Минсельхозе. Овощи закрытого грунта составляют, таким образом, около 20% от общего производства. Можно ли говорить о том, что в стране остается потенциал для открытия больших площадей новых теплиц?
— Потенциал для строительства новых тепличных площадей, безусловно, остается. Россия — огромная страна с разной плотностью населения, логистикой и структурой потребления. Есть регионы, где локальное производство по-прежнему экономически целесообразно.
Но при этом отрасль объективно вошла в более зрелую стадию, когда рынок в значительной степени насыщен. И следующий этап конкуренции будет происходить уже не столько за счет ввода новых гектаров, сколько за счет эффективности. Рынок переходит от экстенсивного роста к этапу качественного развития. Ключевыми факторами становятся урожайность, энергоэффективность, автоматизация, цифровое управление производством, селекция, а также работа с брендом и потребителем.
В теплицах много ручного труда и вместе с тем много процессов автоматизировано и цифровизировано. Мы у себя уже применяем и тестируем как собственные, так и внешние решения, которые может предложить российский рынок. Например, цифровая платформа управления персоналом в теплицах позволяет контролировать выполнение технологических карт по блокам и культурам, видеть статус работ и оперативно корректировать приоритеты. Визуализация помогает оценить равномерность распределения заданий и загрузку персонала.
В свою очередь, система мониторинга всех производственных параметров (климатических, энергоресурсов, технологических) дает мгновенное трехступенчатое оповещение ответственных специалистов и служб в случае аварийных ситуаций и отклонения показателей до пороговых значений. На основе собранных данных формируются отчеты по стандартам предприятия под любые задачи — от статистических показателей KPI для HR до расхода энергоресурсов за выбранный период.
Технологии — это уже не просто способ повысить эффективность, а вопрос суверенитета отрасли. Автоматизация процессов, точное управление микроклиматом и питанием растений, работа над повышением урожайности и качества продукции, а также переход на LED-освещение, которое уже дает +30% к урожайности, сегодня приносят наибольший экономический эффект.
— По данным ассоциации «Теплицы России», потребность внутреннего рынка в огурцах покрыта отечественными производителями почти полностью, а вот по томатам рынок почти на треть зависит от импорта, не говоря уже о более нишевых культурах вроде перца, который импортируется на 90%. Как усилить конкурентоспособность российских агропредприятий и в этих сегментах?
— С учетом различных факторов все более актуальной становится тема регулирования импорта. Выглядит парадоксально: российские компании инвестировали огромные средства, обеспечили страну собственной продукцией, но рынок продолжает сталкиваться с давлением дешевого импорта, производители которого зачастую недобросовестно снижают цену и создают неравные условия конкуренции за счет низкого качества продукции. Например, по данным отраслевой аналитики, импорт томатов в Россию в 2024 году составил порядка 479 тыс. т, импорт огурцов — свыше 77 тыс. т.
На нынешнем этапе развития отрасли дополнительные объемы импорта все чаще приводят к локальному переизбытку продукции, особенно в периоды высокой внутренней обеспеченности. В результате усиливается ценовая волатильность, которая снижает рентабельность российских предприятий. При этом импортируемая продукция во многих случаях реализуется по ценам, не сопоставимым с себестоимостью российского производства в условиях действующей стоимости энергоресурсов, кредитной нагрузки, затрат на персонал и капитальных вложений.
Считаю логичным введение сезонного квотирования импорта в чувствительных категориях, особенно в периоды массовой реализации отечественной продукции. Подобные меры применяются во многих странах мира: государства защищают свои чувствительные аграрные отрасли через квоты, тарифные механизмы и сезонное регулирование. США защищают свой рынок от демпинга со стороны мексиканских производителей томатов, ЕС вводит квоты на поставки из Марокко — прежде всего в интересах испанских и французских аграриев. На пространстве СНГ сложилась такая ситуация, что страны с развивающимся тепличным производством — скажем, Россия, Казахстан — сталкиваются с ценовым давлением поставщиков из стран с низкими издержками (Туркменистан, Азербайджан). Россия, вводя защитные меры, действовала бы в рамках общей практики. Кстати, за время эмбарго на турецкие томаты в 2016–2017 годах — тогда эта продукция занимала около половины всего импорта томатов — производство тепличных томатов в России выросло вдвое, их доля в рознице увеличилась с 20 до 40%.
Российские садоводы и отраслевые союзы предлагали вводить сезонные квоты на импорт яблок в период сбора урожая и продажи продукции из хранилищ, чтобы защитить внутреннего производителя от переизбытка дешевого импорта. Эти предложения поддерживались и на уровне Совета Федерации. Речь идет не о закрытии рынка, а о приоритете для отечественного производителя в те периоды, когда российская продукция присутствует в достаточном объеме и хорошем качестве.
И мне кажется, что следующий этап развития российского АПК — это уже не просто рост объемов производства, а формирование сбалансированной модели, где государство помогает не только строить производство, но и обеспечивает предсказуемые условия для работы отечественного агробизнеса.
— Какие направления инноваций сегодня можно считать стратегическими в АПК? И хватает ли специалистов для их развития?
— Важный блок вызовов — технологический. Здесь уже многое сделано российскими специалистами. Например, на базе наших тепличных комплексов уже реализованы такие технологические решения, как «Экосистема» и «ЭкоВижн». Первое помогает в режиме реального времени видеть и управлять всеми показателями в теплице: свет, вода, электроэнергия и т. д. Второе — это программа автоматизации персонала в тепличных комплексах. Благодаря этому решению каждый человек в теплице видит, сколько он заработал, в режиме реального времени.
Значительное давление оказывают рост стоимости энергоресурсов, логистика, высокая конкуренция в ретейле, где требования к качеству и цене становятся все жестче.
При этом я уверен, что отрасль способна справиться с этими вызовами. Уже сейчас формируются компетенции внутри страны, появляются технологические партнерства, усиливается взаимодействие бизнеса и государства.
Наша стратегия — не ждать изменений, а создавать их. Мы инвестируем в цифровизацию производств, в развитие управленческих и агрономических компетенций. Устойчивость отрасли в ближайшие годы будет определяться не только масштабом теплиц, но и глубиной технологий, которыми они наполнены.
Именно поэтому сегодня ключевая инвестиция — это знания, наука и люди. Без этого невозможно обеспечить долгосрочную конкурентоспособность российского овощеводства защищенного грунта.
About The Author
